Кто такой баран Кигну?
«Мы поедем, мы помчимся на коленях утром ранним...» («На оленях»). «И от чая разорвемся прямо в снежную зарю» («И отчаянно ворвемся»). «Затянулась буратиной гладь старинного пруда...» («Бурой тиной»). «Розовые розы — ООО — с ветки соколовой» («Светке Соколовой»). «Над тобой встают Кобзоны» («Встают как зори»). «Птица Счастья завтрашнего дня, прилетела с крыльями свинья!» («Крыльями звеня»). «Котятки русские больны» («Хотят ли русские войны»). «Шумелка-мышь. Деревья гнулись» (Шумел камыш»). «Ниже ростом только куры» («Только Губин»). «А вода поасфаль турекой» («По асфальту рекой»). «Что тебе снится, листик лавровый» — это про крейсер «Аврора». «По Дону гуляет, по Дону гуляет, по Дону гуляет коза к молодой» («Казак молодой»). «То березка то рябина, Усс, рак и ты над рекой»; «У строки ты над рекой», «Усракиты над рекой» («Куст ракиты»). «Ангел мой неземной, ты посуду помой, стюардесса по имени Жанна» («Ты повсюду со мной»). «Здравствуй, дедушка-морж» («Девушка-ночь»). «Я в ванной, гордая, я ванной!» («Лаванда, горная лаванда»).
Короткой строкой
И напоследок. Много лет тому назад мама подруги работала учительницей музыки. Была у них распевочка: «У кота-воркота, колыбелька хороша». Так детки через одного пели: «У кота — наркота...» Тоненько так пели, выразительно, с душой.
Из современного — дочь подруги, катаясь с горки, распевала на всю округу: «Черный умер! Черный умер!» («Черный бумер»). Порадовал сынуля знакомой. «Мусям-пусям» Кати Лель подпевает: «Я горю, я вся в откусе рядом с тобой»! «А я копченкой кручусь, я кручусь, верчусь, обеспечивая уют». Логично вроде, крутится Мариша Хлебникова, как колбаска копченая, вся в заботах (в оригинале — «Как пчелка»).
А подружка в детстве была уверена, что Юрий Антонов закоренелый чаененавистник. А как же иначе? Ведь: «Не говорите мне про чай — я это слово ненавижу» («Прощай» в оригинале). Примадонна тоже дала жару. В песеннике одной девочки в разделе «Песни А. Пугачевой» было записано: «Маэстро»: «Я вас момряду! Вас момряду!» Чувство типа такое. Можно сказать, я вас люблю, а можно я вас момряду (в оригинале: «Я в восьмом ряду, в восьмом ряду, меня услышьте, мой маэстро). Далее песня «Лето, ах лето!»: «Сру чайком, играю в прятки» («С ручейком играю в прятки»). Мы с братцем в детстве очень любили «Арлекина». Ставили пластинку и громко орали: «Арлекино, Арлекино, есть одна нога на всех!» (в оригинале «Есть одна награда — смех»).
Хит про таинственный колодец тоже всем пелся по-разному. Самый оригинальный, на мой взгляд, вариант: «Кучкуду, приколоться». Один мой знакомый ребенок пел: «Этот День победы творогом пропах» (вместо порохом). И еще «И в каком столе ты ни живи, никуда не денешься от любви» (в смысле «и в каком столетье»).
«Босиком бы пробежаться к поросе» вместо «босиком бы пробежаться по росе» пел начальник моей тети. Типа приехал человек, по поросеночку соскучился, бежит вот теперь босиком к нему, радуется. Песню Малинина «Я хотел въехать в город на белом коне, но хозяйка корчмы улыбнулася мне...» одна довольно взрослая женщина исполняла так: «Но хозяйка, как чмырь, улыбнулася мне...»
«Вот зимний вечер, летний зной. А вот венец и я — лесной» («Венеция весной»). Там же Вайкуле пела «Ах, вернисаж, ах, вернисаж, какой портрет, какой пейзаж». Народу слышалось: «Ах, верный паж, ах, верный паж»; «Ах, вернись, Саш, ах, вернись, Саш».
Была чудная песня у «Любэ» — «Дуся, ты агрегат». Мальчишки во дворе были полны уверенности, что они поют «Ты дуйся, ты дуйся, ты агрегат», т. е. такая чудесная сортирная песенка.
Идем далее. Младшая сестренка очень серьезно исполняла песню «Надежда, мой конь подземной, а удача награда за сме-е-е-лось». А в пионерском детстве мы долго пели строчку из гимна: «Клич пионера — всегда бить котов!» Нетленка из «Спокойных ночей», по мнению брата, пелась «В сказке можно покачаться на луне. И пора другим промчаться на коне...» («По радуге промчаться»). Оттуда же знакомый с неизменным упорством подпевал: «Со слоненком подружиться и поймать его за рыльце» («Перо Жар-птицы»).
«В ответ, открыв Казбека пачку» тоже вызывало массу сомнений. «В ответ — открытка с Бекопачки» (Где-то в Гималаях, что ли...) И самое распространенное — «Открыв Козьбе капачку». Козьба — имя корифана. Видимо, что такое копачка, никого не волновало.
В песне про Костю у некоторых «кефали» были глаголом, типа полные шаланды кефают (плавают так лениво-лениво, кефают, короче). У некоторых они просто «кивали». Больше всего непоняток вызвали старые районы Одессы Молдаванка и Пересыпь. Я лично была уверена на 100%, что это молдаванки (типа тетки) и Переса (иностранка с таким красивым именем). У подруги — «но и молдаванка на перессе обожала Костю...» Пересса в ее понимании — насыпь из гравия на ж/д. Представлялась такая красивая молдаванка, сидящая на рельсах и ждущая Костю. Но самый жуткий вариант спела моя одноклассница: «Но и молдаванка и перессы обожали кости моряка». В общем, получается, съели его, эти дикие перессы...
Михаил Сергеевич оставил далеко позади всех остальных невнятных исполнителей. «Пора-пора-порадуемся на своем веку. Красавице и кубку, счастливому клинку». Кто-нибудь из вас слышал слово «кубку»? Думаю, не многие. В моей версии мушкетеры радовались красавице по имени Икуку. Ну мало ли какие имена у этих французов? Дети в разных точках страны пели про красавицу Экуку, красавицу и губку, и Куку и даже якутку. Французское «Пуркуа па, пуркуа па, почему бы нет?» надолго ввели в заблуждение русских любителей д,Артаньяна. Кто-то пел про «Пол клопа», кому-то слышалась «кукла Па». Из этого же бестселлера: «Покачивая перьямина шляпа» и «Судьбе не расшепнем».
Зато я с удовольствием развенчала ее уверенность в том, что «будем мы сильней и как дважды два» вместо «отважней льва» из знаменитой песенки про зайцев. Мы подумали, повспоминали и собрали самые прикольные песенные недослышки. Лидеры всеобщей глухоты — «шаланды с кефалями» и песня мушкетеров от Боярского.
Лично я до недавнего времени пела строчку песни Кадышевой и Зацепина «Во сыром бору злой Авангебит...» Почему-то мне представлялось некое мифическое и жутко страшное чудовище. Только недавно подруга мне разъяснила, что во бору «злой огонь кипит».
Как перессы съели кости моряка
Издается с 24 февраля 1918 г.
Общественно-политическая газета
Как перессы съели кости моряка Амурская правда
Комментариев нет:
Отправить комментарий